Алена Залуцкая: «Не нужно недооценивать новосибирцев»

О культурном уровне Новосибирска и его жителей, истории создания скульптурной композиции «Данко» и новых идеях «Всё о новостройках» побеседовал с новосибирским художником и скульптором Аленой Залуцкой.

Алена Залуцкая: «Не нужно недооценивать новосибирцев»

Алена, расскажите немного о себе. Где вы учились? Начали карьеру?

Я выросла в городе, как говорил мой отец, небольшом, но столичном – Магадане. Это удивительное место, материк, но связанный с Большой землей только авиационным сообщением, казалось бы, край земли, глушь, где сформировался удивительный культурный слой из так называемых бывших – актеров, режиссеров, музыкантов, философов, ученых, инженеров. Это маленький город, который можно обойти за 40 минут, где из окон нашего дома было видно Охотское море, где было много свободы, воздуха, сопок и хорошие учителя. Это очень красивое место, город лежит на берегу между двумя бухтами.

Учебных заведений в Магадане было немного, но, например, художественная школа, куда я сама себя отвела в 11 лет, была очень мощная. Там работали великолепные питерские художники, которые осели на Колыме, поняв, что дальше от Москвы легче сохранить самость и свободу. Композицию у меня вела супруга бывшего культурного атташе в Японии, живопись – художник Цирценс, который водил нас на этюды писать рододендроны в сопках. У меня было совершенно чумовое детство: семья, среда, понимание того, что ты личность, много книг в семье, библиотеки. Каждый год меня вывозили на материк, это были культурные выезды в разные города и республики, мы объездили всю страну. Это были театры, музеи, выставки, и это незабываемо.

И когда пришло время думать о специальности, я уже знала, чем хочу заниматься, тогда в Новосибирске открылось первое в стане художественное училище с единственной специализацией – «Промышленная графика и упаковка». Я приехала учиться, поступила не с первой попытки, и это стало моей первой специальностью. Теперь мы говорим «дизайн», но в это понятие и тогда, и сейчас включаются театральный плакат, наружная реклама и многое другое.

Теперь мы говорим «дизайн», но в это понятие и тогда, и сейчас включаются театральный плакат, наружная реклама и многое другое.

Позже я жалела, что не получила столичное образование, но и здесь мне повезло. У нас в стране три больших художественных вуза. Это высшее училище им. Штиглица в Санкт-Петербурге, училище им. Строганова в Москве и Красноярский художественный институт – единственный мощный вуз за Уралом. После окончания училища я два года работала. А потом поехала поступать в Красноярск, серьезно готовилась, прошла жесточайший конкурс и поступила на кафедру художественной керамики. И об этом не жалела уже ни разу в жизни. В институте дали ощущение, что ты художник, а не ремесленник и, значит, имеешь право. Ранее такого ощущения у меня не было. В институте научили мыслить, формировать идеи, визуализировать их, последовательно добиваться поставленной задачи, т.е. технологии производства вещи, предмета или произведения. Когда я уже вышла на диплом, в Новосибирске в архитектурной академии открылось отделение монументального искусства, и меня пригласили преподавать. В результате 20 лет жизни я отдала архитектурной академии, у меня были студенты, небольшая мастерская, там я сделала первые работы.

Всего у меня 56 выпускников. Моей идей было формирование здесь некой художественной среды, поднятие высшего учебного художественного заведения на такой уровень, когда оно начнет формировать культурный слой в Новосибирске на следующие 20–30 лет.

Считаете сегодняшний культурный уровень города недостаточным?

При всей моей любви к этому городу он минимален. В смысле художественной образованности граждан город – даже не Урюпинск, это правда, я много езжу и вижу, что соседние города – Омск, Томск, Иркутск, Красноярск – нас обходят. Они обошли нас все, мы самые отсталые.

Конечно, у нас есть огромное сообщество, архитектурно-художественная среда, профессиональные монументалисты в том числе, есть силы, которые могут этот уровень поднимать, но нет взаимодействия и мало социально ответственного населения. И еще нам, жителям, не очень везет с теми, кто решает в городе, извините за прямоту. Почему-то другим городам везет, а у нас ноги с головой не дружат. Но я надеюсь на лучшее.

Чего именно не хватает городу?

Больше 100 лет назад Гарин-Михайловский, едва заложив мост, первое, что стал делать в социальной сфере, открыл библиотеки для рабочих, для вновь прибывших переселенцев. Он научил людей читать и писать, тем самым заложив базу для нас сегодняшних, потому что мы – потомки тех, кто строил здесь мост. Мне кажется, что в нашем городе помимо отдельных мероприятий очень не хватает ответственности. Ответственности власть имущих, ответственности тех, кто делает здесь сегодня среду и культуру, в том числе и бизнес тоже. И если говорить в частности, то мне как художнику профессиональному и моим коллегам очень не хватает арт-пространства, да и жителям тоже. Я хочу сказать, что наших жителей не нужно недооценивать. Люди умнее, интеллектуальнее, отзывчивее и сердечнее, чем мы можем себе представить. Им просто нужно дать возможность видеть, оценивать, соучаствовать. И у нас постепенно жизнь наладится. Как очень точно сказал Булгаков: «Разруха в головах». Вот эту вот разруху нужно уничтожать общими усилиями, вот так мне кажется. Мне кажется, что нам в городе необходима какая-то историческая часть, и нам ее нужно отбивать общими силами, отбивать, создавать там свободное пространство. А пока город украшают соболя, хоккеисты и прочие объекты, которые сложно отнести к искусству.

Недавно открылась скульптурная композиция «Данко», автором которой вы являетесь.

Скорее, соавтором, в этой композиции объединены усилия многих людей, начиная от генерального директора ГК Стрижи» Игоря Белокобыльского до моего соавтора художника по металлу Всеволода Пикулика.

001

Для чего нужна эта композиция? Какое послание она несет людям?

Идея возникла у Игоря Юрьевича (Белокобыльского – прим. ред.). Это должен был быть памятник Данко. Мне предложили поучаствовать в конкурсе. Я посмотрела, что в мире всего существует восемь таких памятников, и все они несут достаточно разрушительный характер. Что понятно, поскольку сама по себе тема трагическая: человек, который вырывает сердце из груди и отдает людям, чтобы осветить им путь. Я отрисовала все возможные позы и, на мое счастье, у руководства компании есть вкус, чувство времени и адекватное восприятие реальности.

В результате в образе осталась некая антропоморфность, с горящим внутри – сердцем как цветком, сердцем как нечто растущим, я даже вынесла цвет, чтобы избежать ненужной физиологичности. Конечно, этот образ Данко далек от классического восприятия, но если мы говорим об образе литературного героя, который должен вписаться в среду ландшафтную или городскую, то вполне можем себе позволить работать именно с абстрактными структурами. В целом это было моей задачей – создать некую структуру, которая может вызывать целый ряд ассоциаций. Так, арочная конструкция вызывает ассоциацию защищенности, дома, покоя, белый цвет – это начало. Внутри вместо сердца у нас возникла птица, это не стриж, не орел и не кукушка, а некая птица, только образ. Гнездо – это жизнь, причем мне хотелось эстетики отлива, когда на влажном песке остается мусор, эстетики катящегося по степи шара из сухой травы. И этого удалось добиться. Наверху голова, но это не голова, вы можете ее только угадать. На внешней части арки должны быть текстура, но наполненная смыслом. Это буквы, знаки, сила слова как первооснова. Так появились строчки из Блока, Хлебникова, Введенский – всего около восьми авторов, подобрать цитаты мне помогали друзья-филологи. Причем мы намеренно не подписывали строки, это озвучит как прямая речь, что-то крупнее, что-то мельче, возникает, как пишет автор. Из Горького нет ничего, было принципиально важно, чтобы это были стихи совершенно определенной направленности, без пафоса, без призыва, скорее, бормотание, размышление, привет из Серебряного века.

Образы неоднозначные, многослойные, но зритель должен не расшифровывать, а домысливать, формировать собственный ассоциативный ряд. Было страшно, что люди не воспримут, но этого не произошло.

Если говорить о технических характеристиках, материалах, технологиях?

Конструкция тяжелая, в целом, весит порядка 1,5 т, поскольку она должна быть устойчивой. При этом мы избежали трационной горячей ковки и гнутья. Работали с железом толщиной 4 мм, вырезали из него каждую грань, нагревали, на молоте это гнули, сваривали, зачищали швы. Это 100–процентная ручная работа. Мы купили специальную установку для производства бетона, теперь можем сделать любую скульптуру в этой технике. Арка – это бетон, точнее, фиброполимербетон с кварцевым песком. Состав разработал Николай Дрозденко, мой супруг и соавтор. Работала шла в течении 1,5 лет. Долго ждали из Германии высокообжиговую плитку, не думаю, что в городе есть еще что-то подобное в оформлении архитектуры малых форм.

Есть ли новые идеи?

Масса. Мне интересна бионика, природные образования. В природе нет прямого угла, так же как и прямой линии, мы живем в радиусах, окружностях, в треугольниках. Для «Стрижей» я придумала серию клумб, скамейки, на которых нельзя сесть на спинку, ветрозащищенные, напоминающие песчаные дома «Стрижей», элементы брусчатки, а не только асфальт, аллею необычных, но бюджетных фонарей, конструкции, которые летом будут работать как фонтаны, а зимой – как скульптурные композиции, модульные ограждения. Надеюсь, что-то из этих идей будет реализовано.

У меня накопилась масса идей и по поводу того, что можно сделать в городе. Я вписывала объекты в городскую среду, в существующую застройку, фантазировала, как можно обыграть то или иное пространство, играла с городом. В результате у меня есть целое портфолио идей. Во многих я использую различные технологии, которые узнала во время работы с интерьерами, мне полюбился армированный бетон, работы с деревом и металлом, кузнечное дело, стекло, скоро привезу в город технологию покрытия металлоэмалями, их можно использовать в фасадных работах. В ближайшее время буду готовить три выставки на три различные темы.

Алена Юрьевна Залуцкая – новосибирский художник, керамист и скульптор, является членом Союза художников России с 2005 года. Ее произведения находятся в Новосибирском государственном художественном музее, Первом музее славянской мифологии (Томск), Ярославском государственном художественном музее, в частных коллекциях в России и за рубежом.

Имеет ряд профессиональных наград в том числе диплом лауреата Десятой региональной художественной выставки «Сибирь» (2008, Новосибирск), Гран-при ХI международного фестиваля сибирской керамики за скульптуру «Кода», Гран-при XII международного фестиваля сибирской керамики, диплом и награду «Произведение года» в конкурсе «Арт-Новосибирск» СХ России, золотую медаль Союза художников России за победу в межрегиональной выставке «Красный проспект», дипломы лауреата международных симпозиумов «БайкалКерамистика» и «Огненные письмена». Руководит художественной мастерской «База».

По заказу группы компаний «Стрижи» Алена Залуцкая в 2016–2017 годах в соавторстве с творческим коллективом художественной мастерской «База» создала монументальную ландшафтную скульптурную композицию «Данко», посвященную классике русской литературы.

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.

Важное

© 2017 www.vseon.com